Красный стрелок Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Меню сайта
Категории
Общие [61]
События. И здесь и там.
Мировая экономика и политика [111]
Классовая борьба [123]
Коммунистическое и рабочее движение [77]
СССР [40]
Коммунистическая публицистика [53]
Кто виноват? Что делать? Мнения, мысли, возможные варианты
Мировой империализм [18]
Лицо капитализма [187]
Религия и церковь [6]
Оппортунизм [16]
Антифашистское сопротивление [10]
Украина в огне [63]
Аналитика [23]
Учеба. Теория [30]
Мировое правительство [31]
Товарищи [2]
История [87]
Мнение. [18]
В мире [21]
Герои Отечества [7]
враги Отечества. [12]
Лирика [10]
Юмор [15]
ДСП [11]
Кинолекторий [19]
Миничат
500
Наш прос
Какой политический строй Вы предпочитаете?
Всего ответов: 199
Наш видеолекторий

 




 


Темы

Социальная философия

Философия и политика

Революция и контрреволюция

Наша история

Вопросы экономики социализма.

Оппортунизм

Религия

Есть обновления

Видеогазета, листовки
Смешной марьяж недокоммуниста с полуфашистом.
Обама: Наступило время нашего лидерства
HAARP- многоцелевое глобальное оружие
ФСБ против Скайп
Ордер на арест Джорджа Буша-младшего
Психотропное и погодное оружие
Кто руководит погодой?
Грипп- оружие и статья дохода
пищевой заговор
Обзор событий в арабских странах А.В. Харламенко.
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Вход на сайт
Главная » Статьи » Учеба. Теория [ Добавить статью ]

Ограниченность социалистической идеи

Ограниченность социалистической идеи

В.Я. Мач

От Админа сайта «КС»: Предлагаю вниманию посетителей сайта интересную статью. Статья вызывает много вопросов и настораживает уже одним упоминанием о «догматах коммунистической веры».

Если марксизм- наука, то догматов быть не может, а вере и вовсе нет в ней, в науке, места: здесь необходимо понимание.

Но мне кажется, что статья интересна своей полемичностью- это очередная попытка увести угнетенные массы от реальной борьбы и теоретически обосновать отказ масс от сопротивления.

Мои комментарии в сносках и в конце статьи, прошу прочитать их внимательно, это существенно.

Давно назревавший кризис советской общественно-экономической системы, неотвратимое приближение которого тщательно скрывалось политическим руководством СССР, был все-таки непроизвольно вызван новой генеральной линией КПСС, именуемой перестройкой[1].

Задуманная в качестве средства оздоровления полностью обездвиженного в партийных идеологических тисках советского общества, перестройка началась с неограниченной свободы слова, обернувшейся затем неконтролируемой свободой действий в виде неуправляемого самопроизвольного процесса в общественных и экономических отношениях. Задуманная в качестве средства повышения эффективности управления народным хозяйством страны, доведенного до критического уровня застойных явлений, перестройка резко ускорила развал народно-хозяйственного комплекса СССР, ограничившись бесплодными призывами к гласности и переходу к некоему новому мышлению[2].

В результате относительно спокойное протекание процесса загнивания и разложения советского общества сменилось резким его обострением, исключившим для партийного руководства страны всякую возможность влияния на дальнейшее развитие общественно-экономических процессов.

Неограниченная свобода слова [3] нарушила существовавшее ранее сплоченное единомыслие советских экономистов, бывших до того убежденными сторонниками социалистического реализма в экономике. Можно было бы подумать, что все они определили свои новые взгляды на основе глубокомысленных научных рассуждений, если не глядеть на то, с какой злобой они швыряют друг в друга увесистые идеологические булыжники, подчинив свою профессиональную деятельность корыстным интересам тех или иных беспринципных политиканов. Одни из них, безошибочно почувствовав собственную выгоду, без каких-либо колебаний отдали бывших советских трудящихся на откуп новоявленным нуворишам. С достойным лучшего применения усердием превозносят они общечеловеческие ценности, которые представляются им в виде переполненных прилавков тамошних супеpмаpкетов. Другие все еще блуждают в поисках сермяжной правды, предлагая более справедливо переделить неделимое. Никого из них нисколько не смущает то обстоятельство, что еще совсем недавно все они угодливо, стройным хором и наперебой, спешили обосновать задним числом любые некомпетентные исторические решения высшего партийного руководства страны в народно-хозяйственной сфере.

Политика всегда там, где происходят столкновения человеческих интересов, которые не в состоянии разрешить любая естественная наука, так как даже самая фундаментальная из них изучает не более чем столкновения физических объектов в окружающем нас материальном мире. Выяснить возможность приемлемого для всех разрешения экономических противоречий в человеческом обществе должна была бы такая общественная наука как политическая экономия, однако введение в свое время в псевдонаучный обиход Краткого курса пролетарской политэкономии надолго приостановило ее собственное развитие[4]. Действительно, разве можно представить себе пролетарскую физику или, скажем, буржуазную математику[5]?  Вот так и политическая экономия, являясь ведущей общественной наукой, должна выяснить возможность перехода к более качественной общественной и экономической организации к нашему всеобщему, а не только пролетарскому, удовольствию[6].

Очевидно, что более чем недостаточная экономическая эффективность советской общественно-экономической системы [7] является следствием утверждения в стране впервые победившего социализма крайне некачественных экономических отношений. Причиной тому могут быть два обстоятельства: либо экономическая теория Маркса является следствием искаженного отражения в его сознании основных закономерностей общественного бытия, либо имеет место неправильное ее толкование и соответственное практическое применение. Прежде, чем приступить к решающему испытанию догматов коммунистической веры[8], обратимся к социалистической идее, являющейся одним из множественных проявлений гуманизма, который, в свою очередь, представляет собой течение человеческой мысли, возникшее на основе длительного наблюдения издавна утвердившейся в человеческом обществе несправедливости. Социалистическая идея получила свое обоснование и развитие в теоретических трудах и практических социальных экспериментах основоположников и последователей утопического социализма. Но и до социалистов были люди, которые считали необходимым, чтобы члены общества, имеющие слишком много, поделились частью своего непомерного богатства с теми, которые и вовсе ничего не имеют. Однако такое перераспределение материальных благ, пусть и в далеко не достаточной мере, уже осуществлялось отдельными членами общества подачей милостыни сидящим на церковной паперти, например, и в виде других индивидуальных актов благотворительности[9].

Первым достижением в процессе теоретического развития социалистической идеи явилась мысль о необходимости участия в помощи нуждающимся всем, достаточно для того имущим. Следующий шаг в этом направлении сделали социалисты-утописты, потребовавшие, уже от капиталистов, не только обязательность участия, но и необходимость обеспечить, уже рабочим, определенные человеческие условия существования. Если обязательность вместе с необходимостью выражались ими в сослагательном наклонении, то социал-демократы придали им категорическую форму, твердо и недвусмысленно заявив о том, что выполнение принятых ими решений является для капиталистов обязательным.

Представляется очевидным, что теоретическое и практическое развитие социалистической идеи, должное выяснить хотя бы принципиальную возможность перехода к более качественным общественным и экономическим отношениям, происходило в направлении организационного совершенствования, самопроизвольно возникшей на определенном этапе имущественного расслоения человеческого общества, добровольной благотворительности[10]. Однако просматриваемое в социалистической идее стремление к всеобщему равенству, явно не устраивало значительную и наиболее могущественную часть общества[11].

Капиталисты не шибко торопились следовать настойчивым призывам социалистов, имея собственное, более соответствующее их корыстным интересам, представление о необходимых человеческих условиях существования рабочих.

Не испытывая никаких иллюзий относительно возможности получить в обозримом будущем добровольное согласие капиталистов на выполнение выдвигаемых ими требований, наиболее настойчивые из социалистов выдвинули коммунистическую идею, в соответствии с которой эксплуатируемые и угнетенные, избавившись неведомым, правда, образом от своих угнетателей, самостоятельно построят общество всеобщего благоденствия. Выдвижение коммунистической идеи представляло собой попытку преодолеть не только сопротивление капиталистов, но и заметную уже тогда недостаточность идеи социалистической[12]. Эта ее недостаточность озадачила некогда одного из известнейших социалистов-утопистов своего времени, которым являлся Оуэн. Проведя очередной социальный эксперимент, он, к своему величайшему огорчению обнаружил, что участвовавшие в его затее рабочие, несмотря ни на что, оставались его рабами[13]. Неудовлетворенность полученным результатом он объяснил себе тем, что еще не создал для своих рабочих необходимые человеческие условия существования.

В действительности причина заключалась в том, что оказавшись между капиталистом и рабочими, он превратился для последних в непосредственный источник материальных благ, чем вполне объясняется образование непреодолимой социальной пропасти между незадачливым экспериментатором и остальными участниками неудачного социального эксперимента.

Вместе с тем выдвижение коммунистической идеи убедительно свидетельствовало о том, что на этот раз наиболее решительная часть социал-демократии одними благостными увещеваниями не ограничится, что и было подтверждено дальнейшим ходом событий. Такой, заведомо неприемлемый для капиталистов оборот обусловил превращение глухого неприятия ими социалистической идеи в крайне враждебное отношение к идее коммунистической и превращение плохо скрываемой неприязни к социал-демократии в открытую ненависть ко всем последователям коммунистического учения, которые не замедлили ответить со своей стороны полной взаимностью.

Несмотря ни на что, для всех предшественников Маркса необходимость избавления от капиталистов оказалась неразрешимой задачей. Большей частью последователи коммунистической идеи ограничивались гневными обличениями многочисленных пороков современного им капиталистического общества или описаниями умозрительных построений свободных от эксплуатации и угнетения человеческих общностей: «Солнечный город» - Кампанелла, «Утопия» - Т. Мор. Однако сам Маркс, решительность которого оказалась безграничной, предложил использовать для избавления одной части общества от другой набор весьма жестких способов - от экспроприации до физической ликвидации[14]. С целью теоретического обоснования правомерности подобных действий он разработал соответствующую революционную теорию, утверждающую о настоятельной необходимости осуществления диктатуры победившего пролетариата во время переходного от капитализма к коммунизму периода, которой, в ее более развитом виде, мы имели несчастье воспользоваться после Октября 1917 года[15] . Эта псевдонаучная людоедская теория пришлась весьма кстати в качестве незаменимого практического руководства к действию для будущих экспроприаторов и ликвидаторов, которыми оказались большевики, победивших всех чужих и всех своих.

Между тем, полная ликвидация капиталистов в отдельно взятой стране исключила всякую возможность использования в советском обществе социалистического распределения. В результате сплошного обобществления и поголовной коллективизации оказалось, что давать надо всем, а ведь обещано было немеряно[16], а вот тех, у которых для этого можно было бы хоть что-нибудь взять, в порыве революционного энтузиазма искоренили вчистую. Социалистическая идея, следовательно, не получила в СССР никакого практического применения[17]. Использование социалистического распределения в отношении всех членов общества и вовсе не имеет никакого смысла, так как сущность социальной политики есть перераспределение материальных благ в пользу только тех членов общества, которые в социальной защите нуждаются.

Примером наиболее эффективного использования социалистического распределения является пресловутая шведская модель гуманного и демокpатического капитализма, представляющая собой как, впрочем, и все иные модели не более, чем социал-демократический тупик. Сохранение очень значительного социального неравенства даже в наиболее развитых капиталистических странах свидетельствует об ограниченности социалистической идеи, оставляющей заведомую возможность одним членам общества ущемлять интересы других. А использование социалистического распределения в отношении вполне здоровых и полностью работоспособных членов общества свидетельствует о ее несомненной порочности.

Предпринятая шведской социал-демократией наименее болезненная попытка решительного продвижения к обществу всеобщего благоденствия также оказалась бесплодной, обернувшись потерей динамизма экономического развития, застойными явлениями в производстве, политическим поражением социал-демократов. Настолько обескураживающий отрицательный результат объясняется тем, что социалистическое распределение является по своей сути распределением внеэкономическим. Его доля в совокупном результате общественного производства материальных благ имеет некоторый предел, одновременно с преодолением которого значительно ограничивается положительный субъективный фактор в производстве, так как даже сам капиталист теряет всякий личный интерес в дальнейшем развитии своего производства[18]. Дальнейшее увеличение доли внеэкономического pаспpеделения заменило бы товарно-денежные отношения тотальным централизованным pаспpеделением совокупного результата общественного производства, буржуазную паpламентаpную демократию – тоталитарной диктатурой, экономическое неравенство – неравенством номенклатурным. Однако проявленное шведской социал-демократией здоровое благоразумие позволило стране своевременно вернуться к пока еще более приемлемой общественной и экономической организации.

Не в пример Швеции, утвердившиеся в СССР общественно-экономические отношения явились результатом практической материализации неприкаянно бродившего до тех пор по Европе призрака. Коммунистическая идея, получив свое воплощение в виде крайне некачественной системы общественных и экономических отношений, составляют которую всеобъемлющая тоталитарная власть и тотальное централизованное распределение совокупного результата общественного производства, оказалась полностью несостоятельной. А воображаемые заманчивые видения бесконфликтного коммунистического общежития обернулись загаженными советскими коммуналками и переполненными бараками Гулага[19]. Социалистическая идея, следовательно, возвестив о своем пришествии звоном первого, брошенного в качестве подаяния медного пятака, получила свое наиболее полное практическое воплощение в виде развитой системы социальной защиты. Будучи доведенной посредством государственного регулирования до наиболее высокоорганизованной формы благотворительности, она уже полностью себя исчерпала, исключив тем самым для социал-демократов всякую возможность дальнейшего теоретического и практического продвижения к своей заветной цели, которой является общество всеобщего благоденствия. Энергичная и достаточно результативная некогда деятельность социал-демократии направленная на переустройство общества превратилась со временем в вялотекущую и совершенно непродуктивную составляющую мирового общественно-исторического процесса. Это означает, что за социалистическим распределением в условиях капиталистического общества никакого социализма в качестве самостоятельной общественно-экономической системы нет и быть не может в принципе[20].

Таким образом, для выяснения возможности перехода от капитализма к более качественной общественной и экономической организации необходимо преодолеть ограниченность и порочность социалистической идеи, благоразумно воздержавшись от попыток достижения заманчивой химеры идеи коммунистической в виде скачкообразного перехода к обществу всеобщего и вечного благоденствия.[*]

 



[1] Здесь я бы акцентировал внимание на том, что кризис был не советской общественно-экономической системы, а извращенной, эклектичной, если угодно, ее формы, которая стала внедряться после хрущевских реформ.

[2] И здесь я бы не постеснялся открыто сказать о предумышленном вредительстве со стороны высших чиновников (и, в первую очередь, Горбачева), окончательно открывшем дорогу корыстолюбивым чиновникам рангом пониже.

[3] СССР был государством. Социализм предусматривает государственное устройство.

Ни в одном государстве полной свободы слова быть не может.

 

[4] Почему же? У меня есть учебник политэкономии, изданный в 1954-м году, там, как мне кажется, все стройно и ясно изложено…

[5] Физика с математикой и у буржуазии, и у пролетариата, конечно же, одинаковы, но вот экономика в разных общественно-экономических укладах- далеко не обязательно!

Как может состыковаться экономика, нацеленная на получение максимальных прибылей одним лицом за счет обворовывания масс с экономикой, ориентированной на наиболее полное удовлетворение потребностей тех самых масс, которые обворовывались в первом случае?!

[6] Интересно, какого года издания этот Краткий курс пролетарской политэкономии Автор имеет в виду.

[7] Жаль, что Автор не раскрыл, как он понимает тезис о «более чем недостаточная экономическая эффективность советской общественно-экономической системы» применительно к индустриализации советского народного хозяйства и восстановлению его в послевоенный период.

[8] Зачем же веры? Научный коммунизм- наука, здесь догмы и слепая вера просто неуместны

[9] А почему общество должно допускать часть своих членов до состояния «на паперти»?!

Почему общество должно ждать чьей-то «благотворительности»?!

Ведь для того, чтобы «облагодетельствовать» одного, кто «на паперти», частный «благодетель» обворовывает сотни и тысячи других людей!

[10] Есть ли у Автора примеры, когда «…развитие социалистической идеи… происходило в направлении организационного совершенствования…»?

[11] Значительную? Вряд ли… «Подавляющее» меньшинство, но захватившее власть.

[12] В чем же была эта недостаточность социализма вообще? Лично мне представляется, что только утопический. И только в том, что утописты пытались интегрировать социалистические отношения в капиталистическое общество и решить вопрос проповедями.

[13] Возможно, в этом и есть различие между социалистами, утопистами и марксистами, первые подходили к вопросу интуитивно, на уровне ощущений, действительно только с верой, вторые же уже были вооружены наукой.

[14] Почему же «эксплуатации»?  В обществе победившего пролетариата вчерашняя буржуазия должна приносить пользу обществу на равных с остальными членами общества основаниях, что же касается «физической ликвидации», то она относится, в первую очередь, к классу, и только во вторую- к личностям, которые силой сопротивляются новым устоям,- это законы жизни и выживания любого государства и любого общества.

[15] Несчастье? Почему не была несчастьем Февральская революция? Почему именно Октябрь, после которого новое правительство взяло курс не на развал, а на сохранение новой России? И в чем порочность диктатуры пролетариата после диктатуры рабовладельцев, феодалов и капиталистов?!

Или Автор не знает к чему вела вся политика Временного правительства?

[16] Автор путает большевиков с анархистами, как мне кажется. Это анархисты были склонны сделать новое общество уже завтра, большевики же предупреждали, что путь к нему долог и труден. Кроме всего прочего, необходимо создать принципиально нового массового члена такого общества, а это вопрос не одного поколения…

[17] Здесь, опять же, уместно отделить утопию от реальности.

Зачем сохранять класс эксплуататоров (не путать с личностями!), чтобы было что «взять» на нужды эксплуатируемых в обществе, где любая эксплуатация одного человека другим отвергается по определению?! Эклектика какая-то…

[18] Да, но капиталист-то нам не нужен!!

[19] Все вопросы решить сразу? Социализм, автор это сам подтверждает- переходный этап к коммунизму, но еще не коммунизм. Социализм предполагает все признаки государства или часть их. Думаю, что Автор не сможет назвать ни одного государства без своего «ГУЛАГа».

Ну, а коммуналки… Если до Советской власти значительная часть населения жила в ночлежках, в заводских бараках, а то и просто в цехах, а незначительная- во дворцах, и если значительная часть сельского населения переместилась в города во время индустриализации, но физической возможности развернуть тотальное строительство не имелось, так что делать?

[20] Не могу понять, почему Автор упорно «строит» социализм… в капиталистическом обществе? СССР был социалистическим обществом в окружении капитализма, но не внутри него!



[*] Комментарий админа сайта:

Итак, Автор не озадачился разделением социализма в СССР на этапы, и свалил все в кучу.

Понятно, не одно поколение сегодня помнит перекосы позднего СССР, и практически не осталось людей, которые помнят действительно социализм.

Автор не счел нужным осветить вопрос о точке отхода от социалистического пути, а ведь были реформы, переводившие Советский Союз на путь возврата к капитализму.

Автор ставит в пример шведскую модель «социализма»… Но если у кого-то из богатых есть дача с прислугой, то он позаботится, чтобы и прислуга была сыта, одета, обута, и на самой дачке были спокойствие и порядок.

Швеция, можно сказать, одна из дачек мировой олигархии, так почему нет?

Можно, конечно, еще вспомнить экономический рост стран- метрополий с их «средним классом», но СССР ни чьей дачкой не был и колониальную политику не вел!

Почему я публикую эту статью? Да потому, что она наглядно иллюстрирует, как буржуазная пропаганда старается увести народ от борьбы. Да и тема приватизации идей социализма буржуазией давно просится, но все руки не доходят, а здесь такой случай…

Категория: Учеба. Теория | Добавил: le-tireur (25.10.2017) | Автор: В.Я. Мач E
Просмотров: 33 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Поиск
Наши товарищи
 

 

  

 

Классики МЛ
***
***

***
***

КИМ- видео


АКТУАЛЬНО

Ответственность за соблюдение авторских прав на присылаемые авторами материалы, подбор и правильность цитат, фактических данных и других сведений несут авторы публикаций

  ремонт квартиры своими руками